САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

lightbulb-o Salome "Дай мне ещё один шанс"

  • Salome
  • Salome аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 15:48 - 06 Ноя 2012 14:21 #1 от Salome
Salome создал эту тему: Salome "Дай мне ещё один шанс"
Название: Дай мне ещё один шанс
Автор: Salome
Бета: Newshka
Обложка: Rusara
Фэндом: QaF
Категория: AU в стиле исторического любовного романа
Время действия: конец второго – третий сезон
Жанр: Романс, Драма
Пейринг: Брайан/Джастин
Размер: миди
Рейтинг: NC -17
Дисклеймер: мальчики, увы, не мои
Предупреждения: флафф, ООС; нецензурная лексика, в основном на латыни
Примечание: хотя повествование опирается на некоторые исторические факты, на научную достоверность не претендует, все совпадения с реальными именами и названиями – случайны
Статус: в процессе

Аннотация: В охваченной междоусобными распрями и борьбой с англо-норманнскими феодалами средневековой Ирландии рождённые, чтобы стать непримиримыми врагами, Джастин де Тэйлори – изгнанный из дома, лишённый наследства сын норманнского барона, и Брайан О'Кинни – потомок легендарных ирландских верховных королей, эрл клана О'Кинни, принц Тир Эогана, обширных владений на севере Ольстера, волею судеб становятся любовниками.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Salome
  • Salome аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 15:52 - 05 Ноя 2012 15:53 #2 от Salome
Salome ответил в теме Re: Salome "Дай мне ещё один шанс"

Вложение hbe080d9.jpg не найдено

Вложения:

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Salome
  • Salome аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 15:56 #3 от Salome
Salome ответил в теме Re: Salome "Дай мне ещё один шанс"
Три вещи, которые никогда не видно:
острие лезвия, ветер и любовь.

Ирландская поговорка

Если бы мы отвергали любого, кто однажды совершал ошибку, то, вероятно, у нас бы вообще не было полезных людей. Человек, который однажды оступился, будет вести себя намного благоразумней и принесет больше пользы, потому что испытал раскаянье. Человек, который ни разу не ошибался, - опасен.

Ямамото Цунэтомо
Глава 1

Утро для середины сентября выдалось на удивление холодным. Из-за этого деревянные ставни на окнах были закрыты. Большой зал донжона освещался многочисленными факелами, прикреплёнными на стенах между охотничьими рогами, луками и воинскими доспехами. Джастин сидел на низенькой обитой красным бархатом скамеечке возле весело полыхающего огромного камина и рассеянно перелистывал страницы книги в красивом кожаном переплёте. С улицы доносился звон стальных клинков и отрывистые команды. Брайан со своими воинами оттачивал искусство боя на мечах. В последние месяцы он регулярно проводил учения, часами истязая себя и солдат на ристалище, что, впрочем, отнюдь не мешало ему по-прежнему уделять много времени своим любимым увлечениям: мимолётным амурным приключениям и попойкам с дружинниками. Джастин вздохнул. Нет, он всё-таки несправедлив к эрлу. Уж кому-кому, а Джастину хорошо известно, что, несмотря на кажущееся легкомыслие, Брайан – мудрый правитель, заботящийся в первую очередь о процветании своего народа.
Снаружи послышался топот башмаков и скрип деревянной лестницы.
В дверь сопровождаемый толпой потных гогочущих солдат, снимая на ходу кожаный нарамник, лёгким стремительным шагом вошёл предмет его раздумий. Длинные тёмные волосы, собранные в хвост на затылке, слегка растрепались, отдельные короткие влажные прядки прилипли ко лбу и щекам, карие глаза, как всегда после физических упражнений, сияли неуёмной энергией и азартом. Белизна тонкой льняной рубашки с низким вырезом подчёркивала золотистый оттенок кожи, свойственный людям, проводящим много времени на свежем воздухе.
Какой же он всё-таки красивый, его кельтский варвар: высокий, ловкий, мускулистый, с широкими плечами, сильными стройными ногами, волевым решительным лицом – воин с головы до пят.
Брайан радостно улыбнулся, заметив Джастина, и направился прямиком к нему. Наклонившись и чмокнув его в щёку, эрл передал меч и одежду подбежавшему слуге и, налив из кувшина вина в серебряный кубок, небрежно развалился в стоящем возле камина кресле.
– Что читаешь? – поинтересовался он, сделав глоток.
– "Историю бриттов" Гальфрида Монмаугского.
– А, сказочки об Артуре и Мерлине, – эрл усмехнулся с лёгкой иронией. – Иди-ка лучше сюда.
Он призывно похлопал по своим коленям. Джастин покосился на завтракающих и оживлённо беседующих в другом конце зала воинов. Тем, казалось, совсем нет до них дела. Вздохнув для приличия, Джастин с деланным неудовольствием повиновался. Основательно поёрзав задницей, устраиваясь поудобнее на коленях любовника, он с тайным ликованием отметил, как Брайан задержал дыхание и на секунду прикрыл глаза.
– Stello*, – выдохнул эрл.
Джастин попытался придать своему лицу невинное выражение, но, не удержавшись, улыбнулся, высунув при этом кончик языка.
Брайан отпил из кубка, медленно переводя взгляд с искрящихся лукавым весельем голубых глаз на пухлые губы, растянувшиеся в солнечной улыбке.
Губы Джастина подобны свежему персику, кожа у него матовая, цвета слоновой кости, длинные белокурые локоны мягче персидского шёлка. Его мальчик просто идеален.
– Не хочешь меня поцеловать? – в голосе Брайана появились бархатистые нотки, а сильная рука, словно наперёд отметая всякие возражения, обвилась вокруг тонкой талии, притягивая к себе.
Чувственные губы манили, обещая блаженство. Немыслимо было сопротивляться такому соблазну. Вкус поцелуя был тёрпко-сладким от вина. Джастин закрыл глаза, погружаясь в ставшее уже привычным, но от этого не менее безумным наваждение. Язык Брайана скользнул внутрь, лаская стенки его рта, в игривой схватке сцепился с его языком, доказывая своё превосходство, подчиняя нежно и безоговорочно. Джастина опалило жаром. Он тихо застонал. А поцелуй с каждой секундой становился всё более требовательным.
– Пойдём в спальню, – мурлыкнул наконец Брайан, не отрываясь от его губ.
Увидев, что Джастин колеблется, он добавил, негромко посмеиваясь:
– Ну же, не противься, ты ведь знаешь, упражнения на мечах всегда вызывают у меня желание.
Джастин чуть слышно вздохнул и отстранился от него. Пелена возбуждения, вспыхнувшего, как сухая поленница, от искры поцелуя, постепенно спадала с его глаз.
– Думаю, мечи тут ни при чём. Скажи лучше, что у тебя желания не вызывает? – он попытался придать голосу оттенок ядовитого сарказма, но впечатление подпортила лёгкая дрожь и всё ещё неровное дыхание. – К тому же от тебя потом разит.
– Хм. Тогда пойдём в купальню, – уголки красиво очерченных губ слегка приподнялись в дразнящей улыбке, глаза насмешливо прищурились. – Ты ведь поможешь мне помыться, как маленькая послушная хозяюшка?
Джастин нахмурился.
– Я не хозяйка твоего замка, Брайан О'Кинни, – вспыхнул он, гордо вскидывая голову. – Лучше обратись к леди Линдси, купание входит в её обязанности.
Брайан изумлённо поднял бровь и пригубил вино.
– Не думаю, что моя супруга придёт в восторг от такого предложения, – глубокомысленно заметил он. Его глаза внезапно заискрились смехом, а на губах зазмеилась ехидная ухмылка.
– Но, должен признать, ты придумал отличный способ позлить глупую сучку Мелани. А ты чего такой сердитый, переел баранины за ужином или просто не выспался?
Джастин задумчиво разглядывал лицо любовника. Глаза Брайана очень выразительные. В них всегда можно найти ответ, если знаешь, что искать. Обычно они изучали Джастина с насмешливым любопытством, но сейчас в их тёпло-карей глубине скользнула тревога.
Причиной раздражительности Джастина в последнее время стали вовсе не проблемы с пищеварением или плохой сон. Телесное здоровье его оставалось отменным, как всегда. А вот на душе было неспокойно. Он безумно устал от бесконечных размышлений и напрасных ожиданий. Нынешнее положение его казалось неопределённым, а будущее – туманным.
С шести лет его готовили к рыцарской стезе. Сын норманнского барона, он должен был стать воином, нести службу в свите короля и со временем унаследовать титул и земли отца. А кто он теперь? Нищий изгнанник, чужак, живущий среди людей, имеющих полное право на ненависть к нему за деяния его сородичей, но оказавшихся добрее и человечнее собственной семьи Джастина. Ему предоставили защиту и приют. Он окружён заботой самого эрла. Но кто он для Брайана? Временное увлечение? Любимый наложник? Игрушка, с которой он по какой-то неведомой причине играет дольше и чаще, чем с остальными? А если в один прекрасный день он просто надоест Брайану, и тот вышвырнет его из дома, как когда-то поступил с Джастином его отец? Нет, конечно он не пропадёт. Для своего сына барон нанимал лучших наставников. Он отличный наездник, прекрасно управляется с мечом, копьём и арбалетом, разбирается в тактике и стратегии военного боя. К тому же природа наделила его смекалкой и острым умом. Ну и что с того, что отец отрёкся от него. Обученные военному искусству рыцари-наёмники достаточно ценятся в это неспокойное время, чтобы закрыть глаза на их прошлое. В конце концов он может взять себе новое имя и уехать к французскому двору, нравы там, как он слышал, довольно свободны. Вот только сердце тоскливо сжимается от одной мысли, что когда-то придётся расстаться с человеком, которого он любит больше жизни.
Если бы только Джастин был уверен, что его чувства взаимны. Но упрямый ирландец отмахивается от любых проявлений сердечной привязанности, словно от назойливых насекомых. Брайан О'Кинни совершенно не вписывается в общепринятый образ романтичного рыцаря, преклоняющегося перед идеалами служения вечной любви. Он вообще не верит в любовь, принимая только один из её аспектов – плотские утехи.
– Что не так, Солнышко?
Брайан наклонился к нему, обжигая дыханием щёку, и шепнул на ухо:
– Расстроился, что я не разбудил тебя привычными нежностями? Но ты так сладко спал. Я подумал, после всего, что было ночью, ты заслужил отдых.
Эрл самодовольно ухмыльнулся и, ухватив Джастина за руку, притянул её к своему паху.
– Мы ведь можем наверстать упущенное. Пойдём наверх, ange*, я докажу тебе, что мой меч имеет непосредственное отношение к возникновению желания.
В подтверждение слов Брайан сжал его руку на своём члене, дав почувствовать солидную эрекцию. В этот момент появился мальчишка-слуга с сообщением, что ванна господина готова. Джастин отпрянул от Брайана.
– Отпусти, – прошипел он и многозначительно перевёл взгляд на мальца.
– Святые угодники, Джастин, какая муха тебя сегодня укусила?
– Тебе наплевать, что в зале полно слуг и воинов? – возмутился он.
– Ad penem*, это мой замок, буду делать, что пожелаю!
Джастин печально улыбнулся.
– Конечно, вождь. Это твой замок. А я? Я тоже твоя собственность? Со мной ты тоже можешь делать всё, что пожелаешь?
Лицо Брайана вытянулось. Покачав головой, он устало откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
– Иди, – сказал он тихо, столкнув его с колен.
Джастин с трудом сдерживал слёзы. Закусив губу, он бросился прочь, но в дверях, не совладав с собой, обернулся. Брайан пил вино, задумчиво глядя на огонь в камине.

Stello* –хитрец, мошенник (лат.)
Ange* – ангелочек (франц.)
Ad penem* – на хуй (лат.)


***


– Толстокожий чурбан! – выскочив на улицу, Джастин жадно глотнул холодный влажный воздух. Ему хотелось закрыть глаза и бежать, не оглядываясь, далеко-далеко до самого океана. Ледяные порывы ветра хлестали по щекам, забираясь под одежду, впиваясь в кожу острыми иголками. Несмотря на то, что он надел сегодня шерстяное блио, о дальних прогулках без тёплой накидки в такую погоду не стоило даже и думать. Придётся подняться в спальню.
Завязывая шнуры плаща, Джастин услышал скрип лестницы, ведущей на верхний этаж в купальню. Лёгкие упругие шаги. Брайан. Наверняка приказал уже какому-нибудь смазливому дворовому мальчишке помочь ему принять ванну. Дьявол. Джастин представил грубые, мозолистые руки, дотрагивающиеся до бархатистой кожи Брайана, и с горечью осознал, что ревнует. Он стиснул зубы, чтобы не застонать от отвращения к собственной слабости.
– Похотливая свинья, – прошипел он, не понятно на кого больше злясь: на себя, Брайана или неведомого соперника. Сорвав плащ, он выбежал из комнаты.
Брайан был один. И уже успел раздеться. Удивлённо подняв бровь, он посмотрел на запыхавшегося Джастина, застывшего в дверях. Медленная ленивая улыбка расцвела на его лице.
– Передумал, Солнышко?
Джастин растерянно таращился на голого мужчину. Он ещё раз обвёл взглядом просторную купальню. Никого. Идиот.
– Не стой столбом, иди, потри мне спинку, – Брайан насмешливо хмыкнул, залезая в огромную деревянную лохань.
Невнятно бормоча проклятия себе под нос, Джастин стянул кожаные башмаки, шерстяные шоссы и блио, оставшись только в камизе и брэ. Святой Колумб, выставил себя полным дураком. Но не убегать же теперь? Он подошёл к полке и схватил горшочек с душистым, пахнущим травами, мылом.
Мстительно ухмыльнувшись, Джастин начал мытьё сразу с головы. Опрокинув на Брайана кувшин с прохладной водой и выслушав в свой адрес целый ряд нелестных эпитетов, он набрал в пригоршню мыла и начал грубо втирать его в волосы, немилосердно их дёргая.
– Джастин, уймись, или, клянусь господом, я стану лысым как колено после твоих нежностей, – рассерженно рявкнул эрл, хватая его за руки.
– Замечательно, пусть все видят, какой ты moehus calvus* – съехидничал Джастин.
Глаза Брайана подозрительно сузились, мышцы рук напряглись, и в следующую секунду Джастин растерянно моргал и выплёвывал воду, растянувшись на любовнике.
– Ты! ты… – тёплые губы накрыли его рот, заглушая возмущённые крики. Сильные ноги крепким захватом обвились вокруг бёдер, не давая вырваться, большие ладони забрались под прилипшую к телу мокрую рубашку и стали бережно разминать спину. Расслабляющие и вместе с тем будоражащие кровь прикосновения. Забыв о сопротивлении, Джастин жалобно всхлипнул и прижался к Брайану. Когда они прервались, чтобы вдохнуть воздух, Брайан рассмеялся:
– Попалась, рыбка.
Он сел и принялся стягивать с Джастина мокрое бельё. Разомлевший от горячей воды и страстных объятий, тот послушно следовал приказам ласковых рук. Подставив обнажившуюся грудь под град поцелуев, Джастин запрокинул голову и закрыл глаза.
Тело плавилось, и разум с трудом воспринимал действительность. Ему было жарко. Он задыхался. Стон вместе со сжатым воздухом с трудом вырвался из лёгких. Губы Брайана собирали с его кожи капельки воды, язык вылизывал соски, пока они не стали твёрдыми и чувствительными. Дрожь пробегала по позвоночнику, бёдра сводило судорогой желания, внутри теплом разливалась истома.
– Брайан…
Влажный язык, мазнув по шее, скользнул по чувствительному местечку за ухом. Зубы прикусили мочку. Джастин захныкал и нетерпеливо поёрзал на бёдрах любовника, прижимаясь возбуждённым членом к его животу.
– Приподнимись, – Брайан подхватил его под ягодицы и вошёл в него одним плавным движением. Они замерли, тяжело дыша, и Брайан впился в его губы, одновременно начав ласкать рукой член. Ощущения нахлынули волной. Тело изогнулось, вибрируя, словно натянутая тетива лука, пальцы на ногах поджались. Джастин с трудом дышал, едва сдерживаясь, чтобы не излиться в нежно стискивающий его кулак. Но борьба с нарастающим возбуждением с каждой секундой превращалась в мучительную пытку.
Он протяжно застонал прямо во влажный жар пирующего на нём рта и задрожал всем телом.
– Тш, куда ты спешишь? – Брайан откинулся назад, упираясь спиной в стенку ванны, и вытянул ноги. Успокаивающе погладив ягодицы Джастина, он слегка дёрнулся бёдрами вверх, войдя в него ещё глубже.
– Поскакали, Солнышко?
Джастин закрыл глаза и перевёл дыхание, чтобы немного успокоиться. Пытаясь отвлечься, он мыслями погрузился в прошлое, вспомнив, как мальчишкой нёсся по бескрайним лугам на молодом кауром жеребце, тайком уведённом из конюшни отца. Безграничное счастье, восторг от первобытной силы норовистого животного, добровольно покоряющегося его воле, несущего его быстрее ветра куда-то за горизонт. Воспоминания разноцветными вспышками вплелись в реальность. Брайан, его великолепный жеребец, нетерпеливо подрагивал под ним.
Стиснув бока любовника согнутыми в коленях ногами, Джастин слегка наклонился, упираясь ладонями в грудь Брайана, и стал мерно подпрыгивать на нём, подаваясь вперёд и назад. Вода, плескаясь, приятно ласкала кожу, усиливая чувственное удовольствие. Насаживаясь на налитой желанием упругий фаллос, Джастин каждый раз сжимал бархатистую плоть внутри себя. Вскоре пульсирующий горячий ствол Брайана увеличился настолько, что чувство распирающей наполненности превратилось в жгучее наслаждение, пронзившее Джастина огненной вспышкой. Он невольно откинулся назад и замер.
– Matrem tuam*, Джастин! – громкий стон вперемежку с проклятиями выдернул его из грёз и заставил открыть глаза.
Брайан изгибался дугой, запрокинув голову и закусив нижнюю губу. Волна торжества, смешанного со щемящей нежностью, окатила Джастина. Любуясь искажённым страстью чувственным лицом Брайана, Джастин не двигался, только осторожно, едва касаясь кончиками пальцев, гладил тяжело вздымающуюся грудь и подрагивающий живот. Дождавшись, пока взгляд карих глаз стал более осмысленным, он широко улыбнулся.
– Тш, куда ты спешишь?
Брайан сдавленно рассмеялся и сел, заставив Джастина охнуть от неожиданности. Чёртов ирландец как-то ухитрился повернуть Джастина спиной к себе, не выходя из него, и, поставив на четвереньки, лёгкими толчками бёдер продвинул к краю лохани.
– Держись.
Джастин ухватился за деревянную стенку ванны, опираясь на неё и становясь на колени, а Брайан обнял его, щекотно целуя в шею под ушком. По коже побежали мурашки. Джастин хихикнул, вздрагивая, и почувствовал, как в ответ расплываются в улыбке губы любовника, прижимающиеся к чувствительной коже.
– Держись, Солнышко, – шепнул Брайан ему на ухо, обвивая его плечи рукой и притягивая к себе. Ладонь второй руки обхватила изнывающий от желания член Джастина.
Время остановилось. Отточенные годами практики и доведённые до совершенства ритмичные движения сильных бёдер, безжалостно вбивающихся в него, казалось, длились целую вечность. А может Джастин просто потерял связь с реальностью, зависнув на грани двух миров между небом и землёй. Наслаждение молниями прожигало тело, скручиваясь в тугую спираль, чтобы в одно мгновение, распрямившись, стрелой пронзить всё естество и вырваться обильным потоком семени. И словно эхо далёких громовых раскатов его протяжным стонам вторили рваные хриплые вздохи изливающегося в него любовника.
Сердце бешено стучало в висках. Тело безвольно повисло в руках Брайана. Он уткнулся лицом в макушку Джастина, продолжая ещё какое-то время по инерции вонзаться в него. Потом застыл, ещё крепче прижимая его к тяжело вздымающейся груди.
– A-ad-d-dmirablement*!– проурчал Брайан ему на ухо и рассмеялся.
Они упали в остывшую воду.
– Х-холодно, – задрожал Джастин.
– Терпи. Это наказание за твою дерзость. Нечего было провоцировать меня своим вызывающим поведением, мог бы просто помочь помыться, – проворчал Брайан, деловито намыливая себя и Джастина. В ответ на грустный вздох, Брайан только хмыкнул, – Мы с тобой оба хороши, уподобились парочке выдр, предающихся брачным играм.
– С этой купальней что-то не так, на неё наложено любовное заклятье: когда мы здесь, никогда не можем сдержаться, – пожаловался Джастин.
Брайан рассмеялся.
– В таком случае зачарована не только купальня, но и весь замок с окрестностями.
Джастин вспыхнул. Перед глазами одна за другой проплыли любовные сцены в многочисленных спальнях, обеденном зале, кухне, подвалах, дворовых пристройках и даже смотровой площадке на крыше донжона. Да, пожалуй, они успели отметиться везде.
Брайан тем временем поднялся, увлекая его за собой.
– Давай, – указал он взглядом на ведро с чистой водой, стоящее рядом с лоханью, и слегка присел, чтобы невысокому Джастину было удобнее ополоснуть его.
Опрокинув ведро, Джастин заворожено уставился на прозрачные капельки, стекающие по лицу, плечам, груди Брайана. Мужчина смешно по-собачьи, пофыркивал, мотая головой, и брызги серебристым дождём разлетались в разные стороны. Джастин нервно облизал губы и посмотрел в глаза любовника, в которых тлеющим огоньком светилось ответное желание, замаскированное понимающей усмешкой.
– Нам придётся потерпеть до вечера, Солнышко, в замок сейчас гости съедутся.
Брайан ополоснул его чистой водой и выбрался из лохани. Он вытерся отрезком льняной ткани, затем обернул его вокруг бёдер. Захватив с полки большую простыню, он вытащил Джастина из ванны и укутал его с головой.
– Пошли одеваться, маленький cacator*, времени в обрез.

Moehus calvus* –лысый развратник (лат.)
Matrem tuam* – твою мать ( лат.)
Admirablemente* – восхитительно (франц.)
Cacator* – засранец (лат.)


***


Спальня эрла была одной из самых роскошных в замке. Просторная комната освещалась восковыми факелами в серебряных подсвечниках. Полы были устланы коврами, привезёнными из Персии. Стены завешаны ткаными шёлком гобеленами с изображениями сцен любимой принцем соколиной охоты. Мебель, сделанная из резного дуба и чёрного дерева, украшенного серебряными пластинами, отличалась изящной элегантностью и удобством. Центральное место занимала огромная кровать под пурпурным балдахином, застеленная покрывалом из дорогой венецианской парчи. Это ложе достойно было занять место в покоях сластолюбивых монархов древности, которые коротали ночи в обществе своих многочисленных наложниц. На ней свободно могло разместиться четверо взрослых мужчин, что, впрочем, не раз было проверено на практике, в том числе и при участии Джастина.
Каждый поспешил к своему сундуку. Брайан, открыв крышку, задумчиво почесал затылок и очень внимательно стал перебирать изысканную одежду. Продрогший Джастин оделся быстро, натянув, недолго думая, простую белую рубаху, голубое бархатное блио, зелёные шоссы, с вшитыми в них вертикально разноцветными лентами и сапоги из мягкой кожи. Забравшись с ногами в большое кресло возле камина, он принялся расчёсывать свои длинные волосы, наблюдая с улыбкой за одевающимся Брайаном. Этот процесс всегда вызывал у него умиление. Молодой эрл очень серьёзно относился к украшению своей внешности. Как будто недостаточно было богом данного великолепия. Эта маленькая слабость была, по мнению Джастина, смешной и одновременно трогательной. Брайан покупал только самые дорогие ткани и меха, а наряды заказывал у лучших портных Лондона и Парижа, ежегодно тратя баснословные деньги на свою прихоть. Сегодня эрл надел белый котт и красное сюрко – цвета клана О'Кинни. По видимому предстоял официальный приём.
– К нам опять вожди пожалуют?
– Да, Тад О'Бриен и Аод О'Коннор.
– Кто бы мог подумать. Ещё совсем недавно ты клялся, что ни за что не сядешь с ними за один стол. Вы ведь всё время ссорились, не могли поделить приграничные земли, а теперь ты с ними просто не разлей вода, – задумчиво заметил Джастин.
– Времена меняются. Ничто так не сплачивает бывших врагов, как новый общий враг, Солнышко.
– И против кого мы собираемся дружить на этот раз?
– Лорд Стоквелл, это имя тебе что-нибудь говорит?
– Шериф Пейла, твой торговый партнёр? Но разве он для нас представляет опасность? Его владения находятся далеко от Тир Эогана.
– Ты просто не в курсе последних событий, Солнышко. Пока Стоквелл баловался небольшими набегами и грабежами на юге Айришри, мне было наплевать на его похождения, и я действительно продавал ему шерсть и лошадей, несмотря на расхожее мнение моих соплеменников, что ирландцам негоже вести дела с гнусными захватчиками. Как известно, lucri bonus est odor ex re qualibet*. Но с недавних пор аппетиты Стоквелла возросли, он уже захватил территории нескольких кланов на границе с Ольстером, и сомневаюсь, что на этом остановится. Жадная английская свинья безусловно рано или поздно окажется у ворот замка Тир Эогана.
Брайан окинул Джастина одобрительным взглядом.
– Я смотрю, ты тоже принарядился к визиту гостей.
Джастин покачал головой.
– Я не останусь на совет. Ты же знаешь, О'Бриен и О'Коннор меня терпеть не могут. Они мне не доверяют.
Брайан презрительно хмыкнул.
– Flocci non faccio*, насрать на их мнение! Много они понимают, тупые ослы. Кто лучше тебя, изучавшего военное искусство под руководством английских и норманнских рыцарей, знает сильные и слабые места наших врагов?
Джастин улыбнулся.
– Нет, Брайан, не хочу становиться камнем преткновения. Думаю, и без меня тебе нелегко будет с ними договориться. Да я и сам не горю желанием общаться с надменными придурками лишний раз.
Брайан задумчиво пожевал губу.
– Не хочешь, не оставайся, – кивнул он, пожав плечами. – Куда же ты собрался? У тебя свидание с каким-то красавчиком?
– Сегодня ярмарка в деревне, разве ты не слышал? Леди Линдси и Мел попросили меня сопровождать их. – Джастин с надеждой посмотрел на любовника. – Может, и ты к нам присоединишься попозже?
Брайан на секунду призадумался.
– Нет. Даже если бы у меня было время, ярмарка – это развлечение для женщин и детей.
– Конечно, великий Брайан О’Кинни предпочитает другие развлечения, – ехидно заметил Джастин, – напиваться до чёртиков в харчевне у Дебб и до утра отплясывать дикие ирландские танцы.
– Мне казалось, ты не меньше меня получаешь удовольствие от доброго эля, который варит Карл, да и танцевать тебе всегда нравилось.
Джастин грустно вздохнул.
– Вот именно – нравилось. В последнее время меня что-то утомляют эти бесконечные ночные оргии.
– Правда? Интересно. В твоём возрасте я мог веселиться до упаду всю ночь напролёт, и поверь мне, ни один симпатичный парень не мог пожаловаться на отсутствие внимания с моей стороны.
– А что изменилось-то? – расстроено буркнул Джастин.
Брайан самодовольно рассмеялся и умостился на низенькой скамеечке у изножья кресла, в котором сидел Джастин.
– Не дуйся, лучше расчеши меня, – он откинулся назад, оперевшись спиной на колени Джастина.
– О нет, – недовольно выдохнул Джастин. Расчёсывать Брайана было сущим наказанием. Длинные густые пряди часто путались, привести их в божеский вид, не причинив дискомфорта хозяину, было трудно, и вместо благодарности Джастин обычно выслушивал в свой адрес кучу проклятий. Правда, под конец, когда гребень начинал легко скользить, и волосы струились между пальцами шёлковыми нитями, процесс расчёсывания превращался в чувственную игру, доставлявшую обоим немалое удовольствие.
– Если я услышу хотя бы одно замечание о моих умственных способностях или о том, откуда у меня растут руки, ты об этом пожалеешь, – предупредил Джастин, намотав влажную гриву на кулак и развернув к себе лицо любовника. Брайан только насмешливо фыркнул, и Джастин, вздохнув, принялся за работу.
За этим занятием их и застали леди Линдси и Мелани. Линдси – высокая, белокожая, светловолосая – настоящая кельтская красавица, несмотря на моду на яркие цвета, предпочитала пастельные тона одежды. Надо признать, что шёлковая туника светло-персикового оттенка удивительно шла ей. Мелани, её верная подруга, с которой они уже много лет делили постель, маленькая худенькая брюнетка, любила одеваться просто и неброско. Но сегодня в честь праздника она тоже принарядилась, надев поверх ярко-жёлтой туники сюрко изумрудного цвета из шерстяного сукна дорогой выделки. Мел нерешительно остановилась возле двери, недовольно нахмурившись. Она недолюбливала эрла и не скрывала этого. А леди Линдси, улыбаясь, плавной походкой прошествовала к своему супругу, поцеловала его в щёку и обернулась к Джастину.
– Готов?
Юноша кивнул, вскакивая с кресла и наклоняя голову в знак приветствия.
– О, Джастин, какой ты красивый сегодня, тебе очень хорошо в голубом, – проворковала красавица, беря его за руки и слегка пританцовывая вокруг него. Парень смущённо улыбался.
Брайан изящным движением поднялся со скамеечки и, насвистывая какую-то весёлую песенку, поспешил закончить сборы. Он надел роскошные сапоги из тончайшего испанского сафьяна, на широкий пояс с золотой пряжкой прицепил короткий ирландский меч в ножнах, украшенных драгоценными камнями. Завершали гардероб тяжёлая золотая цепь, свисающая с шеи почти до пояса, и пурпурная накидка, отороченная мехом горностая.
Затем эрл подобрал с пола брошенный Джастином в спешке плащ, и подошёл к нему. Оттеснив жену, всё ещё восхищающуюся фасоном и богатой отделкой бархатного блио, он набросил накидку на его плечи.
– На улице холодно, – глядя на Джастина с ласковой насмешкой, он аккуратно завязал шёлковые шнуры плаща под его подбородком.
– Как мило, Брайан, ты такой заботливый, – поддела его Линдси.
Брайан поморщился.
– Линдс, я, конечно, не ханжа и за свою жизнь перепробовал многое, но сопливые любовники меня почему-то совсем не возбуждают. Простуда – это несколько не эстетично, ты не находишь, дорогая? – парировал он с ехидной усмешкой.
Линдси покачала головой и обменялась многозначительными взглядами с Мелани. Брайан, поцеловав Джастина в нос, развернул его к двери и легонько шлёпнул по заду.
– Иди, Солнышко, и повеселись как следует, а то у тебя в последнее время слишком уж меланхоличное настроение.

Lucri bonus est odor ex re qualibet* – Деньги не пахнут (лат.)
Flocci non faccio* – поебать (лат.)

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Salome
  • Salome аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 15:58 #4 от Salome
Salome ответил в теме Re: Salome "Дай мне ещё один шанс"
Глава 2

Замок Тир Эоган был неприступной крепостью, окруженной защитными каменными стенами. Грандиозное сооружение стояло на утёсе Данмэс – скале метров пятидесяти высотой, а к единственным воротам вела крутая извилистая дорога.
С вершины утёса открывался прекрасный вид на бескрайние зеленеющие круглый год луга и вересковые пустоши. У подножия холма раскинулась живописная деревня. Небольшие добротные домики под двускатными соломенными крышами утопали в зелени садов и чередовались с ухоженными огородами.
Решено было не брать лошадей, девушки хотели прогуляться пешком. Джастин галантно поддерживая леди Линдси под локоть, чтобы та не оступилась на каменистой тропе, не забывал развлекать дам, делясь впечатлениями о прочитанных новинках куртуазной литературы и забавными историями из жизни английской и французской знати. Леди Линдси заливалась смехом и задавала множество вопросов. Мел, задумавшись о чём-то своём, вышагивала рядом, почти не участвуя в разговоре.
Спустя полчаса они погрузились в атмосферу настоящего праздника. На ярмарку съехались жители окрестных селений, ремесленники и торговцы из близлежащих городов и даже заезжие купцы из других стран. Было многолюдно и очень шумно. Играла музыка, продавцы громко нахваливали свой товар, зазывая прохожих. Народ стайками собирался вокруг демонстрирующих своё искусство силачей, акробатов, шутов, жонглёров и фокусников. В пёстрый шатёр гадалки тянулась длинная очередь. Крестьяне и ремесленники продавали свой товар прямо с телег и с земли, купцы и торговцы побогаче – со столов под тентами из разноцветного сукна или палаток. Леди Линдси и Мелани сразу же метнулись к рядам с тканями и украшениями, предоставив Джастину самому выбирать развлечение по вкусу.
Джастин почувствовал, что проголодался. Он подошёл к лотку торговца сладостями и купил у него карамельное яблоко на палочке. С наслаждением облизывая тёртый миндаль, которым было усыпано лакомство, он некоторое время с интересом наблюдал за ловкими трюками акробатов, одетых в облегающие яркие трико, и уже подумывал встать в очередь к гадалке, когда услышал звуки виолы, доносившиеся откуда-то с окраины рыночной площади. Музыка привлекла его внимание, и ноги сами собой понесли в том направлении.
Молодой бард, сидя под раскидистым дубом, вдохновенно исполнял «Песнь о Тристане и Изольде», аккомпанируя себе на виоле, лежащей у него на бедре. Возле музыканта собралось человек двадцать простолюдинов, которые посторонились, пропуская Джастина вперёд. Стоя совсем близко, он мог внимательно разглядеть трубадура. Парень был приблизительно одного с Джастином возраста, довольно привлекательный, с копной тёмных непослушных кудрей и большими карими, почти чёрными глазами. Кожа у него была смуглая, загорелая, башмаки – стоптанные, выгоревший на солнце плащ имел непонятный рыжеватый оттенок. Основательно запылённая и потёртая одежда свидетельствовала о долгих странствиях и лишениях. Но игра и пение неизвестного музыканта не уступали мастерству придворных бардов. Мелодия, которую смычок в тонких умелых пальцах извлекал из инструмента, казалась Джастину божественно прекрасной. Сильный молодой голос зачаровывал своей свежестью и богатством оттёнков, а когда певец брал особо высокие ноты, по коже пробегали мурашки. Забыв как дышать, Джастин полностью погрузился в волнующий мир звуков.
Бард, закончив очередной куплет, прервался, отложил в сторону виолу и подошёл к Джастину.
– Судя по вниманию, проявленному к моему исполнению, ты истинный знаток и ценитель великого искусства. Это большая редкость в здешних краях. Если прибавить к тому твою сказочно пленительную внешность, можно подумать, что передо мной не человек, а один из волшебного народа – сид, спустившийся с холмов. Скажи мне правду, ты эльфийский принц, пожелавший послушать игру презренного смертного?
Джастин постарался спрятать смущение за улыбкой.
– Нет, я человек. Меня зовут Джастин, Джастин де Тейлори, – представился он, учтиво кивнув головой.
– Итан Голд, странствующий трубадур, родом из Прованса, – музыкант поклонился с подчёркнутой обходительностью. – А не ты ли тот норманнский юноша, любовник здешнего эрла, о котором все говорят?
Джастин неопределённо пожал плечами. Не было смысла опровергать общеизвестный факт.
– Ну и как тебя угораздило попасть в лапы этого дикаря?
Вопрос Джастина развеселил.
– Этот дикарь, между прочим, учился в Париже и в совершенстве владеет французским, английским, греческим и латынью.
– Вот как? – удивился Итан. – А слухи о том, что он красив, как Апполон, и в постели силён, как Геракл, правдивы?
Джастин рассмеялся.
– На этот раз молва ничего не приукрасила, – кивнул он.
Итан нахмурился.
– Судя по всему, он ещё и богат, как Крез?
– Да, Брайан О'Кинни далеко не беден. В отличие от большинства ирландских вельмож, эрл довольно успешно ведёт торговлю с купцами из Англии и с континента. Он мудро правит своим кланом, не завышая чрезмерно ренты и поборы, старается избегать военных конфликтов с соседями. На общинных землях пасутся многочисленные стада коров, табуны лошадей и отары тонкорунных овец. Шерсть, которую производят здешние мастера, посрамит знаменитый английский шарлах. Крестьяне благоденствуют, казна принца всегда полна.
Губы Итана искривила разочарованная усмешка.
– Значит, у меня нет шансов.
– Шансов?.. – непонимающе уставился на него Джастин.
– Шансов заслужить любовь прекрасного белокурого ангела, спустившегося с небес на шумную рыночную площадь и осветившего ненастный день своей улыбкой, словно солнцем. - В глазах менестреля зажглись опасные огоньки, он хитро улыбнулся, демонстрируя соблазнительные ямочки на смуглых щеках. Итан явно заигрывал с ним.
Джастин подхватил игру.
– Слушая, как ты играешь и поёшь, я тоже подумал, что передо мной ангел господен. Ты очень талантлив, знаешь?
– Да, знаю, – надменно вскинул голову бард, – но, к сожалению, моё искусство не принесло мне ни богатства, ни славы, пока…
Слова барда всколыхнули волну сочувствия в Джастине, он видел, в каком плачевном состоянии находится одежда и обувь музыканта, а судя по его худобе и впалым щекам, питается он из ряда вон плохо.
– Ты, наверное, есть хочешь, пойдём в харчевню, я угощу тебя обедом.
– Благодарю, но я не голоден, на кусок хлеба и кружку эля у меня всегда найдутся деньги. – Итана явно задело упоминание о его нищете.
Итан пристально разглядывал его лицо, казалось, принимая какое-то решение.
– Знаешь, я тут поразмыслил, стоит, наверное, задержаться ненадолго в вашей деревне. Народ здесь зажиточный и щедрый. Так что, пожалуй, я приму твоё предложение пообедать. Приходи завтра на постоялый двор. Поболтаем, выпьем. Если захочешь, я тебе сыграю или спою что-нибудь. А теперь, извини, но мне ещё нужно заработать на ночлег.
Джастин кивнул и отправился на поиски Линдси и Мелани, а Итан продолжил услаждать слух непритязательной деревенской публики.
Уставшие и довольные отлично проведённым временем, они вернулись в замок поздним вечером, нагруженные многочисленными свёртками с покупками. В обеденном зале царило оживленное веселье. Эрл устроил пирушку в честь новых союзников. Столы ломились от угощения, слуги сновали между гостями, разнося блюда с закусками и напитки. Настроения ужинать вместе с подвыпившей гурьбой воинов у Джастина не было, но не присоединится к ним значило проявить неуважение к почтенным вождям. Он рассеянно цедил вино, пытаясь прислушиваться к разговору за столом, а перед глазами всё время вставал образ юного трубадура, и в ушах звучала несравненная музыка виолы. Отдав дань гостеприимству, Джастин ускользнул с пира, сославшись на усталость.
Поздно ночью он сквозь сон услышал, как в спальню вошёл Брайан. Сил и желания просыпаться не было, поэтому он втайне надеялся, что насыщенный событиями и суматохой день оказался достаточно утомительным для эрла, и тот не станет к нему приставать. Спустя несколько секунд, потребовавшихся любовнику на раздевание, принц скользнул под одеяло, и Джастин слегка напрягся, но Брайан только притянул его поближе и мирно засопел, уткнувшись лицом ему в затылок.


***


Джастин проснулся от восхитительно приятных ощущений. В паху нарастала привычная утренняя тяжесть, тёплое дыхание щекотно ласкало низ живота, мягкие губы, прижимаясь к чувствительной коже, медленно, но настойчиво подбирались к своей цели, быстрые пальцы порхали по внутренней поверхности бёдер от коленей вверх и обратно. Джастин поёжился и сладко потянулся, ощутив, как кровь приливает к конечностям. Его член уже стоял колом. Кончик влажного языка пощекотал щёлочку на верхушке пениса, затем не спеша облизал головку. Джастин вздрогнул, окончательно проснувшись. Он открыл глаза и приподнялся на локтях. Камин потух, и в комнате было прохладно. Тусклый утренний свет пробивался сквозь ставни, отчего силуэты предметов имели слегка размытые контуры. Обнажённый Брайан лежал на животе поперёк кровати, склонившись над его бёдрами. Джастин слегка поёрзал, тычась кончиком члена в полураскрытые губы любовника.
Брайан поднял голову.
– Доброе утро, Солнышко, – родной насмешливый чуть хриплый со сна голос, – пора вставать.
– Уже встал, – хихикнул Джастин, зарываясь пальцами в спутанной гриве на затылке Брайана и рывком притягивая его обратно к своему паху.
Брайан хмыкнул.
– Совсем обнаглел, мелкий засранец, волосы оставь в покое.
Джастин ещё раз сжал шелковистые пряди, и сожалением отпустил их, переместив руки на мускулистые плечи любовника. Как ни заманчиво было игривыми поддразниваниями заставить эрла забыть о нежности и наброситься на него с дикой необузданной страстью, Джастину сейчас гораздо больше хотелось утонуть в умопомрачительном омуте чувственного удовольствия влажных горячих ласк умелого рта.
Брайан завозился, устраиваясь поудобнее. Он втиснулся между согнутыми в коленях ногами Джастина и бесцеремонно развёл бёдра в стороны, бесстыдно раскрывая его своему взору. Джастин едва справившись с импульсивным желанием свести ноги вместе, только сильнее сжал плечи любовника. Брайан медлил, словно наслаждаясь его беззащитной доверчивой покорностью. Наконец прохладная ладонь плотно обхватила основание члена. Вторая рука по-хозяйски накрыла мошонку, сжала её, оттянула вниз, осторожно помассировала яички. Пальцы скользнули между ягодиц, нажали на туго сжатый анус. Одна фаланга настойчиво протиснулась внутрь, отчего Джастин непроизвольно напрягся, но одновременно горячий влажный рот всосал головку. Возбуждение до этого накатывавшее на Джастина мягкими прибойными волнами, накрыло с головой и потащило в стремительно вращающийся водоворот, из которого выбраться было уже невозможно. Джастин всхлипнул, подаваясь бёдрами вверх, руки его вцепились в постель, комкая простыни. Оголив головку, Брайан дразнящее медленно облизал её, исследовал языком бороздку под ней, вены на стволе, мазнул по яичкам и, нырнув под мошонку, лизнул промежность и присоединился к пальцу, ласкающему дырочку. Сводящие с ума нарочито неторопливые безумно чувственные бесстыдные ласки. Брайан прекрасно изучил его тело и доводил до исступления, до полной потери контроля. Джастин жалобно заскулил, и Брайан, сжалившись над ним, вобрал целиком в рот его плоть. Он стал ритмично насаживаться на член плотно стиснутыми губами, скользя в такт с движениями рта ладонью, сжатой в тугую муфту вокруг основания ствола. Внизу живота нарастало напряжение, горячая волна которого поднималась до самого горла, перекрывая кислород и затрудняя дыхание. Кровь, гонимая неистово колотящимся сердцем, мчалась по венам, разнося наслаждение по всему телу. Джастин уже не сдерживал громких стонов, судорожно метался, извиваясь под Брайаном. Его руки запутались в густых длинных волосах любовника, и, не осознавая, что делает, он то прижимал к себе его голову, чтобы получить максимум удовольствия, то оттягивал её от себя, стремясь прекратить пытку. По-видимому, в какой-то момент он больно дёрнул за волосы, Брайан невнятно выругался, не вынимая член изо рта, горячий воздух вибрацией прошёлся по возбуждённой плоти, и это стало последней каплей. Джастин изогнулся дугой и громко застонал. Брайан разжал ладонь, заглатывая его член под самый корень. Стенки гортани сомкнулись вокруг головки, и сперма густым потоком хлынула в горло.
Брайан растянулся на спине возле тяжело дышащего и мечтательно улыбающегося Джастина. Их взгляды встретились, и какое-то время они просто лежали и смотрели друг на друга. В комнате стало заметно светлее, судя по всему, день обещал быть солнечным. Брайан облизал припухшие покрасневшие губы и вдруг, словно вспомнив что-то, недовольно нахмурился.
– Vae*, Солнышко! Дались тебе мои волосы. Не успокоишься, пока не повыдёргиваешь их. Постригусь сегодня, к чёртовой матери, – недовольно проворчал он.
Джастин потянулся и осторожно погладил растрёпанную гриву.
– Прости. Я немного забылся. Не надо стричься, я люблю твои волосы, очень люблю.
Брайан, задумчиво закусив нижнюю губу, внимательно разглядывал его лицо.
– Ладно. Я вообще-то пошутил, – тёмные глаза насмешливо прищурились, – а вот это уже не шутки.
Он кивнул на свой живот.
– Не хочешь оказать ответную услугу?
Джастин перевёл взгляд вниз. Красивый гладкий член Брайана нетерпеливо кивал, изгибаясь дугой к животу, на верхушке красной блестящей головки росинкой застыла капля возбуждения. Рот мгновенно наполнился слюной, как при виде любимого лакомства.
– Дай мне пару минут, – улыбнулся Джастин, – мне нужно собраться с силами, чтобы достойно ублажить тебя.
Брайан потянулся к прикроватному столику за стеклянным флаконом с маслом.
– Перевернись, – приказал он.
Джастин вопросительно вскинул бровь. Брайан наклонился к нему и, скользнув быстрым поцелуем по губам, прошептал на ухо:
– Не могу ждать. Хочу тебя прямо сейчас.
Джастин закрыл глаза и безропотно повернулся на живот.
Он любил заниматься любовью по утрам. Брайан обычно становился непривычно ласковым и внимательным. Он был терпелив и осторожен, словно Джастин дорогая хрупкая статуэтка из венецианского стекла. Долгие поцелуи, неспешные поглаживания, нежное вторжение, ленивые объятия.
В такие моменты ему почти удавалось убедить себя, что Брайан любит его. Почти. Джастин не хотел обманываться напрасными надеждами. Даже в пылу страсти Брайан никогда не произносил этого слова. Нет, однажды он сказал «Я люблю тебя». В ту ночь, когда они впервые были вместе. Для Джастина тогда всё было впервые. Эмоции захлёстывали, и сейчас ему уже казалось, что он выдумал это признание, принял желаемое за действительность.
– Джастин, очнись, – Брайан легонько куснул его за ухо. – Мне пора вставать.
Джастин протестующее замычал и вжался спиной и задом в горячее тело любовника. Он всё ещё нежился в блаженной истоме после недавнего второго оргазма. Выбираться из уютного кокона объятий Брайана ужасно не хотелось.
– Знаю, что ты любишь обниматься, Солнышко, но мне нужно проводить гостей, – он поцеловал Джастина в плечо и вытащил из-под него руку.
Брайан быстро собрался и ушёл, сказав на прощание, что уезжает на несколько дней по делам в Дублин. Слуга принёс воду для умывания и развёл огонь в камине. Джастину расхотелось спать. Несмотря на пуховое одеяло и согревающее тепло очага, ему было холодно. И одиноко.
Он уже скучал по Брайану. Деятельный и энергичный по своей природе, тот, казалось, пребывал в вечном движении. Работе и развлечениям он отдавался с равной страстью, полностью и без остатка. Джастину волей-неволей приходилось подстраиваться под сумасшедший ритм его существования и радоваться крохам внимания, которыми принц одаривал его. Брайан стал для него божеством, центром мироздания. И Джастину было больно осознавать, что в жизни любимого человека он занимает гораздо более скромное место. Несмотря на прозвище, которым его окрестила Дебби, бывшая кормилица эрла, он вовсе не чувствовал себя солнышком Брайана. Скорее, одной из многочисленных звёзд, вспыхивающих и гаснущих, словно искры вокруг полыхающего костра по имени Брайан О'Кинни.
Джастин вздохнул и, откинув одеяло, потянулся всем телом, сбрасывая сонное оцепенение. Брайан, наверное, прав, утверждая, что у Джастина склонность излишне всё драматизировать. Надо занять себя чем-то, чтобы поскорее избавиться от хандры. Пожалуй, стоит возобновить регулярные тренировки с дружинниками на ристалище. Физические упражнения пойдут ему на пользу много больше, чем занятия с отцом Бенедиктом, настоятелем местного монастыря францисканцев, обучающим его искусству Винчестерской школы миниатюры. И не стоит пренебрегать развлечениями. Ведь на ярмарке он веселился от души, совершенно забыв о своих переживаниях.
В ход его раздумий сами собой вплелись мысли о вчерашнем знакомом. Особа менестреля вызывала у Джастина живейший интерес. Хотя настойчивое желание узнать Итана получше почему-то смешивалась со смутной тревогой, Джастин решил не обращать на это внимания. Ему надо отвлечься, а кто сумеет развлечь лучше, чем странствующий бард, тем более такой симпатичный.
Совершив утренний туалет, Джастин оделся и спустился в обеденный зал. Несколько воинов и домочадцев, с уставшими и помятыми после ночной попойки лицами, тихо переговариваясь, завтракали за длинным дубовым столом. Джастин поприветствовал их и присоединился к трапезе. Овсяная каша с мёдом и парное молоко – привычная пища, которая всегда ему нравилась, показались почему-то безвкусными. Странно, ведь у него всегда был отменный аппетит. Наверное, стоит больше времени проводить на свежем воздухе. Пожалуй, сразу после завтрака он прогуляется в деревню. Приняв такое решение, Джастин заметно оживился и поддержал разговор, ухитрившись ответить на вопрос соседа остроумной шуткой, вызвавшей одобрительные улыбки на лицах присутствующих.

Vae* – бля (лат.)
Поблагодарили: LiskaIriska, Eva16, karellica, Onute

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.